2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Продление срока содержания под домашним арестом

Трех фигурантов «дела Baring Vostok» перевели под домашний арест

Лента новостей

Все новости »

Мосгорсуд отклонил просьбу следствия о продлении обвиняемым Вагану Абгаряну, Ивану Зюзину и Максиму Владимирову срока содержания под стражей до 13 мая

Ваган Абгарян (в центре). Фото: Сергей Бобылев/ТАСС —>

Мосгорсуд перевел из СИЗО под домашний арест трех фигурантов «дела Baring Vostok»: Вагана Абгаряна, Ивана Зюзина и Максима Владимирова. Об этом сообщает корреспондент Business FM.

Таким образом суд отклонил ходатайство Следственного комитета России, представитель которого просил продлить нахождение обвиняемых под стражей на срок свыше года — до 13 мая.

«Избрать новую меру пресечения в виде домашнего ареста на срок до 12 апреля», — огласил решение судья Дмитрий Гордеев. «Основания, которые легли в основу избрания меры пресечения в виде заключения под стражей, существенно изменились, доказательства собраны, защитники и обвиняемые знакомятся с материалами дела», — говорилось, в частности, в решении судьи. Он отметил, что общественная опасность фигурантов «значительно снизилась», а сама тяжесть предъявленного обвинения не может являться основанием для дальнейшего продления им ареста.

Также суд учел личностные данные обвиняемых, которые проживали до ареста в Москве, положительно характеризовались по месту работы и месту жительства, а также имеют на иждивении несовершеннолетних детей. «Освободить обвиняемых Зюзина, Владимирова и Абгаряна из-под стражи в зале суда», — сказал судья Дмитрий Гордеев. «Спасибо большое», — поблагодарили его фигуранты.

С ходатайством о дальнейшем нахождении обвиняемых в СИЗО в суд обратился Следственный комитет России. Прокуратура выступила на его стороне. Следователь Людмила Самойленко мотивировала свою просьбу тем, что обвиняемым необходимо завершить ознакомление с делом, после чего следствие должно составить и утвердить обвинительное заключение.

Защита обвиняемых, в свою очередь, просила перевести фигурантов под домашний арест, избрать им запрет определенных действий или отпустить под залог. Так, адвокаты Зюзина и Владимирова предлагали залог в сумме 5 млн рублей за каждого.

Сами фигуранты в суде заявили о невиновности, поддержав просьбу адвокатов. Они напомнили, что другие фигуранты, например Майкл Калви, Филипп Дельпаль и Алексей Кордичев, находятся под домашним арестом. «Я не понимаю, почему мои дети хуже сортом, чем дети Филиппа, Майкла или Леши? Мы не считаем себя виновными. То, что нам инкриминируют, этого просто не было. Мы документально это показываем, а к нам применяется самая жесткая мера пресечения. Это просто бесчеловечно», — заявил Иван Зюзин, у которого четверо детей.

Всего по делу проходят семь человек. Это основатель инвестфонда гражданин США Майкл Калви, партнер фонда Baring Vostok по индустрии финансового сектора гражданин Франции Филипп Дельпаль, партнер Baring Vostok Ваган Абгарян, директор по инвестициям Baring Vostok Иван Зюзин, руководитель Первого коллекторского бюро Максим Владимиров, бывший директор по инвестициям банка «Восточный» Александр Цакунов и председатель правления банка «Восточный» Алексей Кордичев.

Первоначально действия фигурантов СК квалифицировал как «мошенничество» (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Однако в окончательной редакции всем инкриминировали «растрату в особо крупном размере» (ч. 4 ст. 160 УК РФ). Их обвинение связано с предоставлением банком «Восточный» кредита на 2,5 млрд рублей. Следствие полагает, что подсудимые, действуя в составе преступной группы под руководством Калви, организовали заключение соглашения об отступном, в соответствии с которым банк вместо долга получил акции люксембургской компании IFTG. Следствие считает, что их реальная стоимость составляла 600 тысяч рублей и не покрывала кредит. Позже другая экспертиза оценила эти акции в 3,8 млрд рублей. Фигуранты вину отрицают. Мосгорсуд 10 февраля продлил срок домашнего ареста Калви, Дельпалю, Кордичеву и Цакунову до 13 мая, отказав им в прогулках.

Соотношение сроков домашнего ареста и запрета выхода за пределы жилого помещения

Мера пресечения в виде домашнего ареста (заключения под стражу) в отношении обвиняемого может быть изменена на запрет определенных действий по инициативе органа расследования или суда (апелляционное постановление Московского областного суда № 22-8740/2018 от 18 декабря 2018 года по делу № 22-8740/2018, апелляционное постановление Иркутского областного суда № 22К-1662/2019 от 24 мая 2019 года по делу № 22К-1662/2019).

Запреты, предусмотренные пп. 2–6 ч. 6 ст. 105.1 УПК (общаться с определенными лицами, пользоваться средствами связи и др.), применяются до отмены или изменения меры пресечения.

Запрет выхода за пределы жилого помещения (п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК) применяется на определенный срок, который устанавливается и продлевается судом в соответствии со ст. 109 УПК РФ (сроки содержания под стражей) и не может превышать по уголовным делам: о преступлениях небольшой и средней тяжести — 12 месяцев; о тяжких преступлениях — 24 месяца; об особо тяжких преступлениях — 36 месяцев.

Читать еще:  Процессуальные действия в уголовном процессе

При этом законодатель не уточнил, засчитывается ли срок домашнего ареста или содержания под стражей в срок запрета выхода за пределы жилого помещения, который фактически представляет собой «облегченную версию» домашнего ареста. В УПК сказано лишь о зачете срока такого запрета в срок содержания под стражей (п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК), но не наоборот.

Логично, что время содержания под стражей или домашнего ареста при изменении меры пресечения должно включаться в срок запрета выхода за пределы жилого помещения, однако небогатая судебная практика по данному вопросу дает противоречивые ответы.

Так, апелляционным постановлением Московского городского суда от 31 июля 2019 года по делу № 10-14872/2019 постановление Гагаринского районного суда г. Москвы от 25 июня 2019 года о продлении меры пресечения в виде запрета определенных действий в отношении обвиняемого Ш. оставлено без изменения.

28 сентября 2018 года Ш. задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ, и 29 сентября 2018 в отношении него избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. 29 мая 2019 года мера пресечения Ш. изменена с домашнего ареста на запрет определенных действий до 26 июня 2019 года. Постановлением районного от 25 июня 2019 года продлен запрет определенных действий на 01 месяц 28 суток, всего до 10 месяцев 26 суток, то есть до 23 августа 2019 года.

Из текста решения следует, что по данному делу срок запрета исчисляется с 28 сентября 2018 года, то есть с момента задержания Ш., и включает срок нахождения под домашним арестом.

Иной подход наблюдается в апелляционном постановлении Московского городского суда от 21 августа 2019 года по делу № 10-16461/19, которым постановление Тверского районного суда города Москвы от 26 июля 2019 года о продлении Б. сроков запрета определенных действий оставлено без изменения.

Б. задержан 2 ноября 2018 года в порядке ст. 91,92 УПК и 04 ноября 2018 года в отношении него избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, срок которой продлен до 30 апреля 2019 года. Районным судом 24 апреля 2019 года мера пресечения в отношении Б. в виде домашнего ареста изменена на запрет определенных действий, срок которой продлен до 30 июля 2019 года. Постановлением районного суда от 26 июля 2019 года продлен срок запрета определенных действий на 2 месяца 24 суток, а всего до 6 месяцев, то есть до 24 октября 2019 года.

Таким образом, в данном деле срок меры пресечения исчисляется с 24 апреля 2019 года, то есть с момента изменения меры пресечения в виде домашнего ареста на запрет определенных действий.

При таком подходе допустимо избрание меры пресечения в виде запрета выхода за пределы жилого помещения после окончания предельного срока домашнего ареста или содержания под стражей, что явно противоречит принципам уголовного судопроизводства.

Пока законодательство и судебная практика не могут дать однозначного ответа об исчислении срока в подобных случаях. Другими авторами также отмечается немало иных недостатков и проблем в применении запрета определенных действий. Остается надеяться на появление в скором времени разъяснений Верховного суда относительно это «сырой» меры пресечения.

Домашний арест. Статья 107 УПК РФ

Домашний арест – одна из возможных мер пресечения, которая избирается в отношении подозреваемого или обвиняемого по уголовному делу. Считается альтернативой другой мере пресечения – содержание под стражей. Об этом свидетельствуют основания, порядок применения домашнего ареста и его продления. В то же время это более мягкий вариант, чем нахождение в следственном изоляторе, а поэтому выглядит предпочтительнее, нежели содержание под стражей.

Основания для домашнего ареста

Основания избрания меры пресечения в виде домашнего ареста – практически те же самые, что и для содержания под стражей. Отличие – он применяется независимо от вида и размера санкции за совершенное преступление.

На практике следствие ходатайствует о таком решении суда в ситуациях, когда невозможно применить подписку о невыезде, но и содержание под стражей – слишком строгая мера. Таким образом, домашний арест – некий промежуточный вариант: обвиняемый находится как бы под арестом, с множеством ограничений и под серьезным контролем, но в комфортных домашних условиях.

В ряде случаев домашний арест применяется только потому, что надо бы, но нельзя избрать содержание под стражей. Например, есть много статей УК РФ (ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ), входящих в перечень преступлений, при совершении которых в сфере предпринимательской деятельности применять содержание под стражей прямо запрещено. При наличии вероятности, что подозреваемый/обвиняемый скроется от следствия, от суда, ничего другого, по сути, не остается – только домашний арест. Увы, в России, залог, как мера пресечения, особой популярности не получил.

Читать еще:  Разрешение ходатайств в уголовном процессе

Кроме изложенного, домашний арест могут применить в случаях:

  • изменения меры пресечения на более мягкую по сравнению с содержанием под стражей;
  • изменения меры пресечения на более строгую по сравнению с подпиской о невыезде, запретом на совершение определенных действий или залогом, если подозреваемый/обвиняемый нарушил условия этих мер пресечения.

Порядок избрания домашнего ареста

Решение о домашнем аресте принимается судом. Для рассмотрения вопроса следователь (дознаватель) возбуждает перед судом соответствующее ходатайство – выносит постановление, которое предварительно согласовывается следователем со своим руководителем, а дознавателем – с прокурором.

Для избрания меры пресечения проводится специальное судебное заседание. Обычно вопрос рассматривается в течение 1-2 часов, иногда чуть больше. В заседании участвуют следователь (дознаватель), прокурор, подозреваемый (обвиняемый), его адвокат и, возможно, законный представитель. Первично заслушивается позиция следствия (дознания), затем – прокуратуры. Сторона защиты либо соглашается с домашним арестом, либо, что бывает намного чаще, ходатайствует перед судом об избрании более мягкой меры пресечения. Альтернатив здесь немного – либо залог, либо запрет на совершение определенных действий.

Если мера пресечения избирается в отношении задержанного в качестве подозреваемого, материалы от следствия (дознания) должны поступить в суд не позднее 8 часов до истечения срока (48 часов). Суду на рассмотрение вопроса отводится также 8 часов, но с момента поступления материалов.

Сроки домашнего ареста

Для цели исчисления сроков — домашний арест приравнивается к содержанию под стражей. Первично домашний арест избирается сроком на 2 месяца. Все дальнейшие продления срока, их основания, порядок, сроки и прочее – аналогичны содержанию под стражей.

Продление:

  1. Первое продление домашнего ареста возможно на срок до 6 месяцев. Решение принимается судом в том же порядке, как и проходило избрание этой меры пресечения.
  2. Второе продление допускается сроком до 12 месяцев. Это возможно только по тяжким и особо тяжким преступлениям и при особой сложности расследования уголовного дела. Постановление следователя в этом случае согласовывается с руководителем следствия на уровне региона, а дознавателя – на уровне региональной прокуратуры.
  3. Максимальный срок домашнего ареста – 18 месяцев. Продлить меру пресечения до полутора лет можно только в самых исключительных случаях. Вопрос решается региональным судом при условии согласования постановления следователя на федеральном уровне.

В срок домашнего ареста при его исчислении включается не только время применения этой меры пресечения. Также учитываются сроки задержания в качестве подозреваемого и содержания под стражей, если это применялось к подозреваемому (обвиняемому).

Ограничения и запреты при домашнем аресте

В решении об избрании меры пресечения, суд определяет все условия нахождения под домашним арестом. Также определяются требования к подозреваемому (обвиняемому), ограничения и запреты.

Возможные запреты – ст. 105.1 УПК РФ. Таким образом, домашний арест может охватывать другую меру пресечения – запрет на осуществление определенных действий:

  • выход в определенное время за пределы жилого помещения, где лицо находится под арестом;
  • посещение определенных мест, выход из жилого помещения на определенное расстояние от него;
  • встречи, общение с определенными лицами;
  • отправление/получение почтовых отправлений;
  • использование Интернета и других средств связи.

В решении суда должно быть все четко прописано: что и когда нельзя делать подозреваемому (обвиняемому) или можно, но с конкретными ограничениями.

Запрещается устанавливать ограничения и запреты в отношении использования телефона для вызова скорой помощи, сотрудников правоохранительных органов и аварийно-спасательных служб на случай ЧС. Однако о каждом таком звонке подозреваемый (обвиняемый) обязан сообщать в орган контроля.

Нет ограничений и запретов на встречи и общение с адвокатом и законным представителем. Правда, все это должно происходить в жилом помещении, где находится подозреваемый (обвиняемый).

Если относительно каких-то запретов и (или) ограничений подозреваемый (обвиняемый) хочет получить послабления, он вправе обратиться в суд с ходатайством для изменения установленных ранее условий.

По какому адресу может проходить домашний арест:

  1. Любое жилое помещение, которое находится у подозреваемого (обвиняемого) в собственности.
  2. Любое жилое помещение, где подозреваемый (обвиняемый) постоянно прописан.
  3. Арендованное жилье, в том числе специально для домашнего ареста.
  4. Любое иное жилое помещение, в котором подозреваемый (обвиняемый) вправе проживать на законных основаниях.
  5. Лечебное учреждение, в котором подозреваемому (обвиняемому) необходимо проходить лечение, учитывая его состояние здоровья.

Если в процессе нахождения под домашним арестом жилое помещение необходимо сменить, вопрос ставится перед контролирующим органом, следователем (дознавателем) и судом.

По месту домашнего ареста могут быть установлены аудиовизуальные, электронные и иные технические средства контроля. Стандартно на подозреваемого (обвиняемого) надевается электронный браслет.

Читать еще:  Процессуальные документы в уголовном судопроизводстве

Порядок осуществления контроля определяется совместным Приказом Минюста, МВД, СК, ФСБ и ФСКН от 11 февраля 2016 г. № 26/67/13/105/56. Контролирующий орган – местные инспекторы УИИ.

В продлении срока содержания под стражей – отказать, избрать домашний арест

В продлении срока содержания под стражей – отказать, избрать домашний арест

Такой формулировкой закончилось рассмотрение судом ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей. Чем интересен рассматриваемый случай, а интересен он тем, что суд согласился с позицией защиты, что домашний арест можно избрать и в отсутствие у обвиняемого регистрации по месту пребывания, жилья на праве собственности. О тонкостях доказывания возможности избрания домашнего ареста при изложенных обстоятельствах и пойдет речь в настоящей статье.

Фабула дела:

В отношении подзащитного была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей в следственном изоляторе. Основанием для избрания указанной меры пресечения послужили те обстоятельства, что подзащитный не имел регистрации на территории г. Новосибирска, у него не было жилья в собственности, официального места работы, характеризовался, по мнению следствия и суда, подзащитный негативно, соответственно по мнению стороны обвинения подзащитный мог скрыться от органов следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью или оказать давление на потерпевшего, свидетелей.

Срок содержания под стражей подходил к завершению, и следователь обратился в суд с ходатайством о его продлении. В качестве оснований для продления срока содержания под стражей следователь использовал те же основания что и при избрании данной меры пресечения.

Позиция защиты:

Защита возражала относительно доводов следователя, заявив встречное ходатайство об избрании в отношении подзащитного меры пресечения в виде домашнего ареста, указывая на то, что, несмотря на отсутствие регистрации в г. Новосибирске, подзащитному есть где жить, в связи с чем скрываться от органов предварительного следствия он не намерен.

В обоснование доводов к материалам дела было приобщено свидетельство о праве собственности на квартиру, которая принадлежала матери подзащитного, однако фактически до момента задержания в квартире единолично проживал сам подзащитный. Чтобы доказать данный факт суду были предоставлены ряд договоров на оказание услуг (услуги интернет провайдера, услуги по ремонту квартиры и т.д.), которые были заключены на имя подзащитного и подтверждали, что последний осуществляет содержание квартиры, оплачивает необходимые платежи, касающиеся данной квартиры, указывает на квартиру в качестве адреса своего постоянного проживания. Соответственно, несмотря на то, что подзащитный в квартире зарегистрирован не был, указанными договорами подтверждался факт его тесной связи с квартирой, а соответственно и возможность нахождения под домашним арестом по месту её нахождения.

Для того, чтобы опровергнуть довод следователя, что подзащитный может продолжить заниматься преступной деятельностью, так как не имеет средств к существованию, к материалам дела была приобщена выписка с банковского счета, из которой следовало, что, несмотря на отсутствие официального места работы, подзащитному есть на что жить. Кроме того, к моменту рассмотрения вопроса о продлении срока содержания под стражей подзащитный возместил причиненный ущерб, что также подтверждало, что он не намерен помешать ходу расследования и оказывать давление на потерпевшего и свидетелей, напротив, желает загладить негативные последствия своих действий.

Итог:

Суд отказал в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей, и удовлетворил ходатайство защиты об избрании домашнего ареста. При этом судом было указано, что отсутствие регистрации само по себе не препятствует избранию в отношении обвиняемого меры пресечения в виде домашнего ареста в жилом помещении, доступ в которое он имеет и в котором постоянно проживал до момента своего задержания, при этом суд сослался на позицию защиты о том, что договоры на оказание услуг подтверждают факт проживания обвиняемого в указанной квартире и его тесную связь с ней.

P.S.

После помещения подзащитного под домашний арест возникли новые сложности, заключающиеся в том, что суд ограничил его в возможности покидать место домашнего ареста, а так как родственников у подзащитного не было, то и приобретать продукты питания ему было некому. В связи с этим было подано отдельное ходатайство на имя следователя с просьбой разрешить подзащитному ежедневно посещать магазин с целью приобретения продуктов питания. Такое ходатайство следователем было удовлетворено и подзащитный ежедневно на протяжении нескольких часов имел возможность посещать магазин с целью своего жизнеобеспечения.

Таким образом, в настоящей статье на примере конкретного дела из своей адвокатской практики были рассмотрены особенности доказывания возможности избрания меры пресечения в виде домашнего ареста, даже в том случае, если у обвиняемого отсутствует регистрация по месту проживания и жилье в собственности.

Автор статьи – адвокат Спиридонов Михаил Владимирович

Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты 220 Вольт
Adblock
detector