2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Проблема вещественных доказательств в уголовном процессе

ПРОБЛЕМА ПРИМЕНЕНИЯ ВЕЩЕСТВЕННЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ В ПРОЦЕССУАЛЬНОМ ПРАВЕ

По общим правилам процессуального законодательства, вещественным доказательством признается предмет, который своими внешними признаками может свидетельствовать об обстоятельствах, имеющих значение для дела. Естественно, каждая отрасль процессуального законодательства внесла какие-то изменения, тем самым приспособив институт вещественных доказательств для правоприменения.

Ключевые слова: вещественное доказательство, процессуальное право, доказательство, теория доказательств.

Наиболее жесткое толкование вещественных доказательств дано в уголовно-процессуальном кодексе в ст. 81, где перечислены основные критерии отнесения предметов и документов к вещественным доказательствам. Остальные кодексы довольно гибко подходят к пониманию вещественных доказательств, понимая в их качестве любые предметы, тем или иным способом сообщающие суду и участникам процесса об обстоятельствах, имеющих непосредственное значение для дела.

Между тем именно в уголовно-процессуальном законодательстве существует наиболее громоздкая система внедрения предметов материального мира в круг доказательств. Так, по общему правилу, вещественное доказательство фиксируется в протоколе его обнаружения (протоколы осмотра места происшествия, осмотра трупа, обыска, выемки), затем проводится специализированное следственное действие, подробно фиксирующее индивидуализирующие признаки вещественного доказательства, и лишь потом вещественное доказательство с помощью процессуального акта (постановления следователя или дознавателя) приобщается к материалам дела, становясь полноценным доказательством. К тому же, если вещественное доказательство становится объектом экспертного исследования, оно подробнейшим образом описывается в заключении, еще раз подтверждая доброкачественность его нахождения в кругу средств доказывания.

Но эффективен ли такой сложный и витиеватый механизм фиксации вещественного доказательства? Для решения этого вопроса следует обратиться к иным процессуальным отраслям, а также к нормам цивильного материального права.

Как уже отмечалось, иные нормативно-правовые акты процессуального характера не содержат специальных правил приобщения вещественных доказательств, однако, исходя из общего смысла норм конституционного и отраслевого процессуального законодательства, можно сделать вывод о предъявлении к вещественным доказательствам двух основных правил:

— требований к содержанию доказательств, то есть возможности подтвердить или опровергнуть определенные обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения соответствующей категории дел;

— требований к источнику происхождения доказательств (лицо, представляющее вещественное доказательство в процесс, должно подтвердить его происхождение).

Суд или иное уполномоченное должностное лицо (если речь идет об административном процессе без привлечения судебной системы), удостоверившись в доброкачественности формы и содержания доказательств, принимает его устным определением или зафиксирует его в протоколе процессуального действия. Если же вещественное доказательство наличествует при подаче искового заявления, никаких специальных процессуальных действий и решений не требуется.

При этом ни в гражданском, ни в арбитражном судопроизводстве, ни в административном процессе не отмечаются массовое привлечение недопустимых вещественных доказательств, их повальная фальсификация.

Судебная практика как способ правоприменения дает возможность проанализировать проблемные моменты использования того или иного средства доказывания, и указанная практика свидетельствует о том, что фальсификация как явление существует прежде всего в письменных документах, документах-доказательствах. Вещественные доказательства сами по себе сфальсифицировать очень сложно, поскольку они обладают абсолютно индивидуальными следами преступного деяния и (или) иных сведений, связанных с преступным деянием.

Анализ правоприменительной практики позволяет выделить конкретные сложности применения вещественных доказательств в зависимости от отрасли процессуального права, в которой встречаются фальсификации доказательств.

1. Уголовный процесс. В этом случае фальсификация касается, как правило, лишь следственных протоколов [2]. Как отмечает действующий судья П. С. Метельский, по уголовным делам предметом фальсификации оказывались протоколы следственных действий (в том числе протоколы осмотра, выемки) [5. С. 11 — 15]. Часто встречаются следующие нарушения: подделка подписей понятых в их отсутствие при проведении следственных действий; фактическое отсутствие понятых на следственных действиях при наличии подлинной подписи лица в соответствующем протоколе; составление протоколов следственных действий по памяти вне места проведения следственного действия и после его проведения. Также фальсификации подвергаются и протоколы допросов, точнее, содержащиеся в них сведения [7].

При этом суды весьма лояльно относятся к подобным действиям, тем самым создавая практику попустительства фальсификации доказательств.

В одном случае Верховный Суд РФ посчитал, что формальное изготовление подсудимым сфальсифицированного протокола не повлияло на результаты рассмотрения дела, не повлекло вынесения неправосудного приговора и не представляло угрозы принятия судом неправосудного решения и нарушения прав и свобод граждан. Эти обстоятельства свидетельствуют об отсутствии общественной опасности совершенного подсудимым деяния, что позволяет признать его малозначительным [1].

В другом случае при подтвержденной экспертизой поддельной подписи потерпевшей по уголовному делу Верховный Суд РФ вообще прекратил производство в связи с отсутствием состава преступления, обосновывая свое решение так: неустановление судом мотива и цели совершения преступления, а также умысла на совершение фальсификации доказательств, неустановление обстоятельств, при которых в протоколе допроса потерпевшей подпись была выполнена от имени потерпевшей «другим лицом» и роли должностного лица при этих обстоятельствах — все это свидетельствует о неполном исследовании материалов дела, которое влияет на обоснованность принятого судом решения и которое не может быть признано законным и обоснованным [2].

2. Арбитражный и гражданский процесс. Именно в арбитражном процессе предусмотрена возможность сторон заявить о фальсификации доказательств на основании ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса РФ. При этом, как правильно отмечают А. В. Потеева и Т. Г. Корюкаева, суд принимает на себя совершенно не свойственную ему функцию уведомления об уголовно-правовых последствиях фальсификации доказательств [6]. При наличии такого серьезного заявления, касающегося доброкачественности предоставленных доказательств, законодатель возлагает на арбитражных судей обязанности по дополнительной проверке спорного доказательства. Но, учитывая письменный характер арбитражного судопроизводства, указанные нормы касаются прежде всего документов-доказательств.

Гражданское процессуальное законодательство вообще не содержит норм и процедур, касающихся фальсификации доказательств. Однако отсутствие специальных норм в гражданском процессуальном законодательстве вовсе не допускает фальсификации средств доказывания, при этом в основном фальсификация опять же затрагивает письменные доказательства, различного рода документы, но не вещественные доказательства.

Материалы конкретных уголовных дел, в которых были установлены факты совершения рассматриваемых преступлений, показывают, что предметом фальсификации в гражданских делах обычно являются различные документы (в частности гражданско-правовые договоры, расписки, корешки квитанций об оплате и т. п.) [5. С. 11 — 15].

3. Административный процесс. Здесь ситуация совершенно иная. Кодекс РФ об административных правонарушениях (КоАП) содержит указание на возможные пороки таких средств доказывания, как показания свидетелей, заключение и пояснения специалиста. Ответственность за пороки вещественных доказательств и письменных документов, представляемых в административный процесс, не предусмотрена вообще (ст. 17.9 КоАП). Статья 303 Уголовного кодекса РФ (УК РФ) также не предусматривает ответственности за фальсификацию доказательств в административном процессе. Данный пробел неоднократно предлагалось решить с помощью дополнений в соответствующую статью уголовного законодательства либо в нормы административного закона [4. С. 9—10].

Анализ уголовных дел, представленных на интернет-ресурсах Верховного Суда РФ, Челябинского областного суда, позволяет сделать вывод, что основное средство доказывания, подверженное фальсификации,— это письменные доказательства, различного рода документы, в том числе процессуальные. Вещественные доказательства не интересны носителям преступного умысла субъектов ст. 303 УК РФ.

Но дело не только в практике применения данной статьи и вообще в проблеме фальсификации доказательств. Правоприменитель в своей деятельности (будь то отправление правосудия, следствие, дознание, оперативно-розыскная деятельность) должен иметь разумные и удобные механизмы ее реализации. Удобство при этом вовсе не означает попрания прав и свобод гражданина и общества, но имеет своей целью сокращение сроков судопроизводства, процессуальную экономию и разумную трату государственных ресурсов. Именно с таких позиций должен подходить законодатель, рассматривая вопрос о необходимости внесения изменений в законодательство. Несомненно, правила о вещественных доказательствах нуждаются в корректировке, так как концепция Уголовно-процессуального кодекса (УПК) РФ в вопросах вещественных доказательств полностью повторяет УПК РСФСР 1964 г. Данная система громоздка, затратна по времени и вряд ли отвечает понятию целесообразности.

Другие процессуальные отрасли достаточно просто относятся к моменту появления вещественного доказательства, делая ставку не на процессуальную форму вещественного доказательства, а на его содержание, на сущностные свойства предмета материального мира. При этом статистика свидетельствует о примерно одинаковом количестве вынесенных приговоров по ст. 303 УК РФ (фальсификация доказательств) как в гражданском судопроизводстве (гражданский и арбитражный процессы), так и в уголовном судопроизводстве. Это означает, что преступный умысел, направленный на фальсификацию доказательства, совершенно не зависит от количества процессуальных действий, предшествующих появлению вещественного доказательства. Также это свидетельствует о том, что упрощенная форма внедрения вещественных доказательств в судопроизводство вовсе не означает потери качества этого доказательства априори.

Читать еще:  Процессуальные акты в уголовном судопроизводстве

Таким образом, полагаем, что концепт вещественных доказательств в уголовном процессе России может быть модернизирован за счет упразднения обязательного приобщения специальным постановлением предмета материального мира. В этом случае достаточно индивидуально определить предмет в протоколе его обнаружения (обыск, выемка, осмотр), указать его идентифицирующие свойства. Дальнейших осмотров вещественных доказательств с составлением отдельного протокола не требуется, предмет получает статус вещественного доказательства с момента первичного указания на него в процессуальном документе. При этом целесообразно было бы произвести фотографирование самого вещественного доказательства и (или) видеозапись следственного действия, при совершении которого обнаружено вещественное доказательство.

1. Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 5 апреля 2006 г. № 50-006-1 [Электронный ресурс]. — URL: http://www.vsrf.ru/stor_pdf. php? > 2. Определение № 51-О10-94 «Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2011 года» [Электронный ресурс]. — URL: http://www. vsrf.ru/stor_pdf.php? > 3. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 19 июля 2006 г. № 87-О06-18 [Электронный ресурс]. — URL: http://www.vsrf.ru/stor_pdf.php? > 4. Благодарь, И. С. Фальсификация доказательств : ответственность и вопросы квалификации : автореф. дис. . канд. юрид. наук / И. С. Благодарь. — М., 2008. — С. 9 — 10.
5. Метельский, П. С. Привлечение к ответственности за фальсификацию доказательств по уголовному делу / П. С. Метельский // Уголов. процесс. — 2009. — № 1. — С. 11 — 15.
6. Потеева, А. В. Изобличение подделки / А. В. Потеева, Т. Г. Корюкаева // ЭЖ-юрист. — 2008. — № 34.
7. Дело № 2-37/2010 [Электронный ресурс] // Челябинский областной суд : сайт. — URL: http:// www.chel-oblsud.ru
8. Дело № 22-3998/2011 [Электронный ресурс] // Челябинский областной суд : сайт. — URL: http ://www.chel-oblsud .ru

Библиографическое описание: Горлова, С. В. Проблема применения вещественных доказательств в процессуальном праве / С. В. Горлова // Вестник Челябинского государственного университета. Серия: Право. — 2016. — Т. 1, вып. 2. — С. 34 — 37.

АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ИНСТИТУТА ВЕЩЕСТВЕННЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

магистрант, кафедра уголовного процесса и криминалистики БГУ,

канд. юрид. наук, ст. преподаватель БГУ,

Основной задачей современного правосудия является правильное установление истины по уголовным делам, которая как раз и устанав­ливается путем доказывания. Доказывание составляет сердцевину, наиважнейшую часть любого судебного процесса.

Доказательства в судебном доказывании выступают в роли аргументов, при помощи которых устанавливаются подлежащие дока­зыванию факты. Вещественные доказательства занимают особо место в уголовном процессе. При этом, вещественные доказательства занимают равное положение со всеми другими средствами доказывания, пред­усмотренными уголовным процессуальным законодательством [1].

Для того чтобы объект материального мира стал доказательством, необходимо обеспечить процессуальный порядок его обнаружения, получения, фиксации и оформления в процессуальном документе.

Хранение и уничтожение вещественных доказательств в уголовном судопроизводстве нередко представляет собой проблему, решение которой сопоставимо по сложности с расследованием самого преступ­ления. Несовершенство правового регулирования в данных вопросах приводит к тому, что вещественными доказательствами заполнены свободные помещения, а также территория отделов органов внутренних дел, где, как правило, находятся автотранспортные средства, изъятые при расследовании дорожно-транспортных преступлений для произ­водства судебных экспертиз, или транспортные средства, изъятые при расследовании криминальных пожаров [8, с. 137].

Правовое регулирование института вещественных доказательств в уголовном судопроизводстве охватывается не только нормами УПК РФ, но и большим количеством иных нормативных актов, посвященным вопросам хранения, передачи и уничтожения различных видов вещест­венных доказательств, а также решениями судов по вопросам защиты прав граждан и юридических лиц на имущество, признанное веществен­ным доказательством. К данным нормативным актам относятся также некоторые институты и нормы гражданского законодательства, уста­навливающие принадлежность имущества определенным лицам. Ряд нормативных актов носит весьма спорный характер.

Крайне актуальными представляются проблемы хранения громоздких и объемных вещественных доказательств. Как указанно в Постановлении Правительства РФ от 08.05.2015 № 449 «Об условиях хранения, учета и передачи вещественных доказательств по уголовным делам» [3], вещественные доказательства в виде предметов, в том числе больших партий товаров, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголовном деле или в камере хранения вещественных доказательств, передаются на хранение в государ­ственные органы, имеющие условия для их хранения и наделенные соответствующим правом, или же юридическому лицу или индиви­дуальному предпринимателю. При этом заключается договор хранения. Кроме того, следует учесть, что издержки по обеспечению специальных условий хранения вещественных доказательств должны быть ниже их стоимости. В противном случае вещественные доказательства передаются на реализацию.

Очевидно, что вопрос о заключении договора хранения вещественных доказательств должен решаться весьма оперативно, поскольку хранить вещественные доказательства где-то надо, а пока не определены ответственные за хранение лица, всю ответственность за сохранность вещественных доказательств несет следователь или дознаватель. Однако 4 мая 2016 года Министерство экономического развития РФ в Письме № ОГ-Д28-5908 [4] разъяснило, что заключение государственного контракта по закупке услуг, связанных с хранением вещественных доказательств по уголовным делам, должно осущест­вляться с учетом Федерального закона от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обес­печения государственных и муниципальных нужд» [2]. Соответственно, ни о какой оперативности при решении вопроса о хранении веществен­ных доказательств в данном контексте не может идти речь, поскольку процедуры проведения тендеров требуют длительных сроков, зачастую совершенно не совместимых со сроками уголовного судопроизводства.

При заключении и исполнении контрактов по услуге хранения вещественных доказательств возникает множество проблем. Например, одним из условий передачи вещественных доказательств на ответствен­ное хранение является заключение государственного контракта. Следует иметь в виду, что хозяйствующий субъект, заключивший такой контракт, может передать свои склады в субаренду. Организация, заключившая договор субаренды, контракт с органами предварительного расследования не заключает, и, следовательно, ответственности за хранение вещественных доказательств не несет. При этом данная организация не имеет права и на оплату услуг по хранению, так как с ней не заключен контракт [6].

Если вещественное доказательство было помещено на ответственное хранение, ущерб в случае утраты или повреждения вещественного доказательства возмещает организация, осуществлявшая услуги по хранению. Например, в Постановлении Арбитражного Суда Северо-западного округа от 31.10.2014 по делу № А56-38228/2013 суд кассационной инстанции указал, что предприниматель, автомобиль которого, признанный вещественным доказательством и помещенный на ответственные хранение в ООО «Т», был утрачен в процессе хранения, не имеет права на возмещение ущерба органами предварительного расследования, так как предпринимателем не доказана незаконность действий органа предварительного расследования, а также наличие причинно-следственной связи между возникшими у истца убытками и действиями государственного органа [7]. Однако, при этом следует учесть, что расходы по хранению вещественного доказательства подлежат возмещению органами внутренних дел, даже если договор по хранению вещественного доказательства не заключался. Например, в Апелляционном определении Пермского краевого суда от 16 июля 2013 г. № 22-4919 было указанно, что процессуальные издержки инди­видуальному предпринимателю, связанные с хранением автомобиля (вещественного доказательства по уголовному делу) должно возместить ГУ МВД РФ по Пермскому краю исходя из цены, которая при срав­нимых обстоятельствах обычно взымается за аналогичные услуги [5].

Во многих случаях суды удовлетворяют иски к органам внутренних дел по взысканию убытков, причиненных в результате хранения вещест­венных доказательств. Например, общество, которое понесло расходы в связи с хранением вещественных доказательств, добилось взыскания с МВД РФ нескольких миллионов рублей. Отметим, что на склад общества имущество, признанное в дальнейшем вещественными доказа­тельствами, было помещено первоначально таможенными органами. После возбуждения уголовного дела обязанности по возме­щению расходов на хранение вещественных доказательств возлагаются на органы внутренних дел [8].

Как представляется, решение проблемы хранения крупно­габаритных вещественных доказательств решаться путем заключения гражданско-правовых договоров представляется не самым оптимальным решением, тем более в контексте Федерального закона от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Согласимся с мнением А.О. Кравченко о том, что в системе МВД России целесообразно поставить вопрос о создании собственных объектов хранения — складов и складских площадок, предназначенных для хранения вещественных доказательств [9].

Читать еще:  Процессуальные документы следователя

Проблемы собирания доказательств субъектами доказывания в уголовном судопроизводстве

Дата публикации: 09.07.2018 2018-07-09

Статья просмотрена: 1456 раз

Библиографическое описание:

Пивоварова А. О. Проблемы собирания доказательств субъектами доказывания в уголовном судопроизводстве // Молодой ученый. — 2018. — №27. — С. 110-113. — URL https://moluch.ru/archive/213/52000/ (дата обращения: 14.02.2020).

Статья посвящена проблемным вопросам собирания доказательств субъектами доказывания в уголовном судопроизводстве. Сделан вывод о том, что объем полномочий отличается в зависимости от субъектов.

Ключевые слова: собирание доказательств, субъекты доказывания, субъекты собирания доказательств, уголовный процесс.

Собирание доказательств — это деятельность различных субъектов доказывания, которая направлена на получение информации, имеющей доказательственное значение по уголовному делу. Данная деятельность должна быть регламентирована уголовно-процессуальным законом.

Для того, чтобы рассмотреть проблемы собирания доказательств, необходимо сначала выяснить круг субъектов собирания доказательств. Необходимо различать понятия «субъекты собирания доказательств» и «субъекты доказывания». Под субъектами доказывания понимают тех участников процесса, которые осуществляют функцию уголовного преследования или защиты и участвуют в доказывании [8]. Таким образом, понятие «субъекты доказывания» шире понятия «субъекты собирания доказательств». Субъектами собирания доказательств являются: прокурор, следователь, дознаватель, суд. Полномочия данных субъектов регламентируются ст. 86 УПК РФ [1]. Тем не менее, определенные методы получения информации, имеющей значимость для дела, отличаются в соответствии с процессуальным статусом участников. К субъектам доказывания, в свою очередь, помимо субъектов собирания доказательств, относят также подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика, их представителей, а также защитника.

Неоднократно поднимался вопрос о том стоит ли наделять защитника правом собирать доказательства наравне с другими субъектами собирания доказательств. На данный период этот вопрос является неразрешенным. Защитник вправе представлять предметы, документы и иные сведения следователю, суду, а они уже будут решать, закреплять данное доказательство или нет. Нельзя не согласиться с мнением А. П. Кругликова, что пока доказательство не закреплено, его нельзя считать собранным, так как неизвестно, является ли доказательством то, что собрано [8]. Вместе с тем, можно отметить, что защитник не может осуществлять основной способ собирания доказательств — следственные действия. Доказательства будут считаться собранными тогда, когда они будут приобщены к делу. Это могут сделать только управомоченные органы государства, при условии, что представленные защитой материалы обладают допустимостью и относимостью. Прокурор может отказаться принять предметы и документы от таких лиц, посчитав их неотносимыми и недопустимыми. Таким образом, защитник представляет доказательственные материалы на рассмотрение уполномоченного органа государства, который в дальнейшем решает его судьбу [8].

В соответствии с ч. 1 ст. 86 УПК РФ собирание доказательств осуществляется в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором, судом путем производства следственных и иных процессуальных действий, которые предусмотрены УПК РФ [1].

Прокурор не может участвовать в проведении следственных действий на предварительном расследовании и принимать дело к своему производству, собирание им доказательств осуществимо только в судебных стадиях процесса. Вместе с тем, прокурор не проводит здесь следственные действия, а только принимает в них участие в качестве государственного обвинителя, а также может истребовать и предоставлять суду документы [2]. В соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 37 УПК РФ прокурор вправе давать дознавателю письменные указания о производстве процессуальных действий, в том числе следственных действий [1]. Таким образом, прокурор осуществляет свою деятельность путем проведения иных процессуальных действий. Под такими действиями в данном случае понимается осуществление прокурором требований, запросов, поручений для того, чтобы собрать доказательства по делу.

Следователь и дознаватель, в свою очередь, осуществляют процедуру собирания доказательств путем проведения следственных иных процессуальных действий. При производстве данных действий они должны руководствоваться уголовно-процессуальным законом.

Суд собирает доказательства путем проведения судебных и иных процессуальных действий. В соответствии со ст. 286 УПК РФ суду предоставляется право истребования документов. Полномочия суда также закреплены в других статьях УПК РФ [1]. Для того, чтобы судья вынес законный, обоснованный и справедливый приговор, он должен провести собственное исследование доказательств, которые были собраны следователем. Также суд должен проверить и оценить данные доказательства, исследовать новые доказательства, которых не было на стадии предварительного расследования, если такие доказательства будут признаны допустимыми. Суд также должен исследовать версии, которые возникли впервые в судебном заседании, которые не рассматривались до этого следователем.

В соответствии с ч. 2 ст. 86 УПК РФ подозреваемый, обвиняемый, а также потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители вправе собирать и представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств [1]. Таким образом, иные лица реализуют свою роль в собирании доказательств посредством предоставления следователю или дознавателю предметов и документов. В последующем уже следователь и дознаватель будут решать признавать ли данные предметы и документы доказательствами, приобщать их к уголовному делу или нет.

В соответствии с ч. 3 ст. 86 УПК РФ защитник вправе собирать доказательства путем: получения предметов, документов и иных сведений, опроса лиц с их согласия, истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны предоставлять запрашиваемые документы или их копии [1].

В соответствии с п. 3 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» Адвокат вправе:

1) собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и иных организаций.

2) опрашивать с их согласия лиц, предположительно владеющих информацией, относящейся к делу, по которому адвокат оказывает юридическую помощь;

3) собирать и представлять предметы и документы, которые могут быть признаны вещественными и иными доказательствами, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации;

4) привлекать на договорной основе специалистов для разъяснения вопросов, связанных с оказанием юридической помощи и т. д. [3].

Уголовно-процессуальным законодательством недостаточно подробно урегулирована процедура собирания доказательств защитником. Не имеется порядка проведения опроса защитником и фиксировании его результатов, в отличии от допроса, который проводится следователем. Защитник не может предупреждать лицо об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний. Выходит, что лицо, которое опрашивает защитник может отказаться от дачи сведений или сообщать ему ложь. Более того, информация, которая получена от такого лица, подлежит обязательной проверке, так как данные сведения могут являться не достоверными, при этом защитник не относится к субъектам, которые осуществляют проверку доказательств, без которой не может осуществляться процесс доказывания [4].

Давлетов А. А. отмечает, что раньше всякая инициатива в поиске новых доказательств и попытки их фиксации органами предварительного расследования воспринимались как попытки незаконного противодействия, то теперь защитник вправе активно разыскивать информацию в пользу подзащитного и даже по-своему закрепляет ее [5,с.50].

На наш взгляд, полномочия защитника в процессе собирания доказательств, стали более обширными. Однако, его деятельность ограничена условиями, прописанными в уголовно-процессуальном законодательстве и его компетенция достаточно ограничена, по сравнению другими участниками уголовного судопроизводства. К таким участникам относятся суд, следователь, дознаватель.

При разработке нового УПК РФ выдвигалась идея введения параллельного адвокатского расследования, но данная идея была отвергнута, так как многие не увидели смысла в этом.

А. А. Брестер и Ю. В. Панченко считают, что введение параллельного адвокатского расследования даст возможность органам предварительного расследования еще больше сбросить с себя ответственность за объективное установление обстоятельств, которые подлежат доказыванию [6].

Мы согласны с данной точкой зрения, так как действительно введение параллельного адвокатского расследования будет создавать помеху для проведения качественного и объективного расследования для лиц, которые уполномочены его осуществлять.

Е. Г. Мартынчик высказывал мнение о том, что адвокат профессионально не подготовлен к тому, чтобы самостоятельно вести расследование уголовного дела таким образом, чтобы оно могло составить альтернативу предварительному расследованию, которое осуществляется компетентными на то органами государства [7, с.351–355].

На наш взгляд, данная мысль о введении параллельного адвокатского расследования действительно является нецелесообразной, поскольку это будет мешать проведению предварительного расследования.

Таким образом, анализируя нормы уголовно-процессуального законодательства, можно сделать вывод, что объем полномочий у каждого из субъектов уголовного производства отличается друг от друга. Достаточно широкой компетенцией в процедуре собирания доказательств наделены следователь и дознаватель. Защитник наделен меньшим кругом полномочий. Также содержания ст. 86 УПК РФ не отражает в полной мере особенности участия различных субъектов уголовного судопроизводства. Например, не указаны сроки, в которые должны давать ответы на запрос защитника органы государственной власти, органы местного самоуправления и другие общественные организации. Поэтому, необходимо внести поправки в статью, которые будут более четко разъяснять и регламентировать деятельность защитника в процессе собирания доказательств.

Читать еще:  Процессуальные нормы права

Вещественные доказательства в уголовном судопроизводстве

Связь свойств и состояний предмета с обстоятельствами, имеющими значение для уголовного дела, делает его относимым. Сведения о фактах и обстоятельствах, составляющих содержание вещественного доказательства, формируются в рамках процессуального осмотра предмета. Именно при этом участники осмотра выделяют те свойства и состояния предмета, в которых отразились обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и сведения о них фиксируют в протоколе осмотра. Названные сведения и образуют содержание вещественного доказательства.

Способ собирания вещественных доказательств состоит из ряда действий, включающих в себя обнаружение предмета, его осмотр, принятие решения о его приобщении к уголовному делу в качестве вещественного доказательства[3].

В уголовном деле обязательно должны иметься данные о происхождении предмета, так как с их помощью устанавливается его связь с преступлением, свидетельствующая об относимости будущего вещественного доказательства. Отсутствие указанных данных влечет неустранимые сомнения в относимости предмета. Данные

о происхождении предмета касаются места, времени, условий обнаружения, его названия, отличительных признаков. Как правило, они отражаются в проколе осмотра следственного действия, при производстве которого был обнаружен предмет.

При осмотре особое внимание необходимо обращать на выделение свойств и состояний предмета, образующих содержание вещественного доказательства. В этих целях могут применяться различные технические средства, а к производству осмотра — привлекаться специалист. При составлении протокола осмотра следует детально и тщательно фиксировать в нем сведения о свойствах и состояниях предмета, составляющих содержание вещественного доказательства.

В случае невозможности изъятия предмета с места происшествия в силу его громоздкости при осмотре применяются фотографирование или видеосъемка. Если сделанные фотографии, видеосъемка позволили отразить и запечатлеть на них свойства и состояния предмета, имеющие значение для уголовного дела, они признаются производными вещественными доказательствами и в качестве таковых приобщаются к делу. Аналогичная ситуация будет иметь место и при снятии в ходе осмотра на месте происшествия гипсового слепка со следа обуви лица, силиконового слепка с вдавленного следа пальца, оставленного данным лицом, и т. п.

Заключительным этапом формирования вещественного доказательства является признание предмета таковым и его приобщение к уголовному делу. Решение об этом принимается в форме мотивированного постановления (определения). В описательной части постановления указываются свойства и состояния предмета, имеющие значение для уголовного дела, и излагается решение о его приобщении к делу. Указанное постановление создает особый правовой режим обращения с предметом в уголовном процессе, позволяющий сохранить его в неизменном виде.

При проверке допустимости вещественною доказательства внимание обращается на соблюдение предусмотренных законом условий, порядка производства и оформления следственных действий, в рамках которых был обнаружен предмет, выделены и зафиксированы его свойства и состояния, имеющие значение для уголовного дела.

Вопрос о признании предмета вещественным доказательством решается на основе его вероятной связи с обстоятельствами, имеющими значение для уголовного дела. Такая связь устанавливается в рамках осмотра, после чего выносится соответствующее постановление. Если в дальнейшем при проверке вещественного доказательства не будет подтверждена его связь с обстоятельствами дела, данный предмет мотивированным постановлением должен быть исключен из числа вещественных доказательств.

При проверке достоверности вещественного доказательства используются те же способы, которые применяются и для проверки других видов доказательств, — анализ и синтез, сопоставление и собирание новых доказательств.

Способом оценки вещественных доказательств выступает внутреннее убеждение. Субъекты оценки — судьи, следователь, дознаватель при этом должны руководствоваться законом и совестью.

В собирании, проверке и оценке вещественных доказательств вправе принимать участие и такие участники уголовно-процессуальной деятельности, как обвиняемый, защитник, потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители. Данное право они реализуют, представляя предметы, участвуя в их осмотре, заявляя ходатайства, принося жалобы, участвуя в исследовании вещественных доказательств в суде, выступая в судебных прениях. При этом они могут обращать внимание властных субъектов уголовного процесса на неполноту, неточность, внутреннюю противоречивость вещественных доказательств, их несоответствие содержанию других доказательств, способствуя тем самым правильному определению их относимости, допустимости и достоверности.

4. Разрешение судьбы вещественных доказательств при окончании расследования и вынесении приговора

Закон устанавливает, что вопрос о судьбе вещественных доказательств должен быть решен при вынесении приговора либо определения или постановления о прекращении уголовного дела. В приговоре (определении, постановлении) о прекращении уголовного дела должен быть приведен перечень конфискуемых, передаваемых или уничтожаемых вещественных доказательств.

При решении вопроса о конфискации орудий преступления или передаче их в соответствующие учреждения или уничтожении необходимо учитывать судебную практику. В соответствии с ней принадлежащие осужденному предметы, признанные вещественными доказательствами, конфискуются лишь в случае умышленного использования их в качестве орудий преступления для достижения преступного результата самим осужденным либо его участниками.

Согласно п. 2 ч. 3 ст. 81 УПК РФ предметы, признанные вещественными доказательствами и запрещенные к обращению, подлежат передаче в соответствующие учреждения или уничтожаются. К предметам, запрещенным к обращению (с ограниченным обращением), относятся: взрывчатые и радиоактивные вещества, оружие, боеприпасы, радиопередатчики, сильнодействующие, ядовитые вещества и наркотические средства, хранимые без специального разрешения или с

нарушением правил; золото, серебро, платина и металлы платиновой группы в необработанном виде; иные предметы, для которых установлены особые правила приобретения и хранения.

После разрешения дела в соответствии с Инструкцией «О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами» оружие, пули, гильзы и патроны со следами оружия, признанные вещественными доказательствами, должны направляться в соответствующий орган внутренних дел. Данный орган принимает решение об их уничтожении или реализации либо использовании в надлежащем порядке, о чем должен быть составлен соответствующий акт, который подлежат направлению в суд.

Предметы, признанные вещественными доказательствами, не представляющие ценности, подлежат уничтожению, а в случае ходатайства заинтересованных лиц или учреждений могут быть выданы им. О выдаче, уничтожении указанных предметов составляются соответствующие акты, которые приобщаются к уголовному делу.

Вещественные доказательства в виде денег и ценностей, нажитых преступным путем, по приговору суда подлежат обращению в доход государства, что в приговоре должно быть специально оговорено. Поддельные деньги и ценные бумаги, признанные доказательствами виновности обвиняемого, остаются при деле в течение всего срока хранения последнего. Не подлежат обращению в доход государства деньги и ценности, если они не конфисковывались и по уголовному делу не установлено, что они нажиты преступным путем или были объектом преступных действий[4].

Документы, являющиеся вещественными доказательствами, остаются при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего либо передаются заинтересованным лицам по их ходатайству. О передаче документов заинтересованным лицам в уголовном деле должен иметься соответствующий акт.

Личные документы осужденных к лишению свободы при вступлении приговора в законную силу подлежат направлению в учреждения, их выдавшие, о чем в уголовном деле должен быть соответствующий документ (копия препроводительного письма).

Согласно п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ остальные предметы, признанные вещественными доказательствами, выдаются законным владельцам, а при неустановлении последних — переходят в собственность государства. О выдаче указанных предметов законным владельцам составляется соответствующий акт, приобщаемый к делу. Спор о принадлежности вещественного доказательства разрешается в порядке гражданского судопроизводства.

Предметы, изъятые в ходе досудебного производства, но не признанные вещественными доказательствами, возвращаются лицам, у которых они были изъяты, о чем должен быть составлен соответствующий акт.

Заключение

На основании изложенного можно сделать некоторые выводы:

а)вещественным доказательством признается достаточная совокупность любых сведений, полученных на основании процессуального исследования материальных объектов, которые могут служить средствами для установления обстоятельств по уголовному делу.

б)объективная связь с событием преступления указанных материальных объектов устанавливается органом предварительного расследования с участием сторон.

Действующий уголовно-процессуальный закон главное предназначение вещественных доказательств видит в их возможности служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела.

Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты 220 Вольт
Adblock
detector